Легкие шаги - привычные

Истоки наших проблем – в наших страхах. Нас растили в страхе, учили жить в страхе и страхом мерить нашу жизнь. Нам почти не говорили о любви, о её силе, красоте, храбрости и способности преображать нашу жизнь. Нам почти не рассказывали о тех великих сердцах, которые были способны её дарить. И мы привыкли полагать, что так и должно быть.

И стало комфортным быть несчастным, неуверенным, боязливым. Мы отлично разбираемся в страхах и запретах, и ничего не понимаем в любви. Для нас – это чувство абстрактное и далёкое, а потому, как всё непостижимое и недосягаемое, – чужеродное и опасное в простых буднях. Любовь обрела статус редкости и "дефицитности". И к ней мы тоже испытываем страх. Нам привычно бояться и непривычно любить. Любящие или любимые кем-то люди вызывают в нашем чувственном захолустье неконтролируемую зависть, отторжение, чувство вины и обиды, и редко – радость и тепло. Мы не прощаем чью-то любовь, – не к нам, не для нас, не с нами.

Что же такого страшного в любви? Свобода. Сила. Отсутствие границ и маркировок. Искренность. Защищённость. Казалось бы, это то, что всем нам так нужно. Ведь если мир заполнится счастливыми, любящими людьми, тёплыми взглядами, уверенными сердцами, станет ли мир настолько уж хуже, чем он есть? Но мы боимся. Особенно, – любить сами. Не в ответ на чью-то уверенную, однозначно понятную любовь, в мечтах о которой мы таем весенними снегами, а – самим хотеть любить, отдавать, светить, а там, - будь как будет.

Пусть только придёт, мы готовы любить! Правда? Вы готовы любить? На что вы готовы, что можете-хотите предложить, чтобы любви легко "вошлось" в вашу жизнь? Что вам нужно от любви, – вам понятно, ведь вы давно её ждёте. А любви понятно, что ей нужно от вас? Вибрируете ли вы в тональности любви? Или же, положа руку на сердце, всё не то, не те, не красивые, кривые, жадные, мало зарабатывают, не настойчивые, не верные, не спортивные, не стройные, не ещё какие-то, как мы ждём? Ждём... иногда поглядывая из засады в перископ...

Мы мучаемся страхами всю свою жизнь и жаждем порой отчаянно от них избавиться. Однако потерять их мы не боимся. Но нас очень пугает, что мы можем потерять любовь, даже если её пока нет, – той, из мечты, вожделенной. Иногда так сильно пугает, что уже кажется, может, лучше пусть и не приходит. Так хоть спокойней, привычней.

Потерять страх мы не боимся, – он ведь родной, знакомый, он во всём. Но нас до спазмов пугает, что нас отторгнут, что мы останемся одни, нам сделают больно, что мы потеряем чьё-то расположение, нарушим чьи-то правила, пошатнём чьи-то окаменевшие устои своей нечаянной искренностью, честностью, не дай Бог, – любовью.

Чувство потери у нас возникает лишь к тому, чего мы страстно хотим, жаждем иметь (или уже имеем), либо  к тому, что уже изжило себя, но привычно, – приросли, приклеились, притерлись до стёртых эмоций, до колющих, ранящих зазубрин.

Сколько людей искалечили свою жизнь страхами, – неуверенностью, сомнениями, запретами, оглядками и оправданиями? А сколько людей подавили, вторглись, зацепили ими чужие жизни? Скольких мы осудили, потоптали, "научили", "зафуфукали"? Сколько любви задушено в зародыше, сколько стремящихся сердец пристыжено, ярлыками увешано, анафеме предано? Сколько искренности использовано? Сколько порывов и стремлений попрано? Каждый прошёл через этот опыт. Куда приходить любви? Сколько в вашем сердце места для любви? Не будет ли ей тесновато? Она ведь большая. А маленькую мы и не ждём.

Можно сколько угодно судить о любви (особенно, чьей-то) и вживлять в неё все человеческие несовершенства, оправдывая взахлеб свои страхи и трусость, но суть любви так же проста, как суть кислорода.
Если вы действительно способны любить, – ничего невозможно потерять. Если ваше сердце распознало любовь, – вы уже не сможете не любить. 
Потребность в любви столь высока и естественна, что стремиться управлять ею, как и подавлять, – всё равно, что стремится обрести власть над дыханием. Это смертельно опасно. Но даже на это мы готовы пойти больше, чем обрести природную суть своего существования. Мы готовы самозабвенно обрушиться суждениями и задавить "благочестием", разрушать себя, отбирать у себя живительный воздух во имя соответствия, уничтожать бесстрашно и жестоко друг друга, убивать любовь, но продолжать боятся, жадно заглатывая воздух, раздувая легкие, всеми силами сжимая удушливо лишний глоток.

Потерять любовь, если она есть, – всё равно, что потерять жизнь. Это возможно, только прекратив свое пребывание здесь, к чему мы и направляем бессознательно свой жизненный потенциал, расходуя его попусту, щедро, защищаясь и оправдываясь, разрушая и навязывая. Как много мы построили, что способно согреть нас в трудную минуту? Как много любви мы успели, смогли сохранить? Как много любви хранится в наших архивах, в наших активах, в наших дарах?

Самое страшное, что может постигнуть вас в любви – она изменит вашу жизнь навсегда. Если вы боитесь распахнуть окно, приоткройте хотя бы форточку, вдохните свежий глоток воздуха и спросите себя в этот момент, – если завтра кто-то из нас умрёт, так ли эта отчаянная борьба за свои страхи будет важна? Как много вы потратили себя на любовь, и как много, отгораживались от неё?

Если вам страшно, спросите себя: "Что самое худшее может произойти, если я сделаю шаг? А если у вас в запасе только год жизни, стоит ли он этих страхов и колебаний?" И если да, – оставайтесь там, где вы есть. Если нет, и оно упорно рвётся через все многочисленные стенки и преграды захламленных ограждений, – сделайте этот шаг. Не спешите и не оглядывайтесь, – все осознанные перемены, – это дорога к себе. Лёгкие шаги – лишь привычные.

С вами никогда не произойдет ничего хуже того, с чем вы сможете справиться, потому что мы активно участвуем в своей собственной жизни, хотим мы того осознанно или нет. И влияем мы на неё значительно сильнее, чем покладисто привыкли думать. Вы можете проверить это в каждом своём дне, в простых решениях, в привычных делах.

Вашей жизни нет ни у кого, кроме вас. И никто, кроме вас, за неё не в ответе.

Автор: © Татьяна Варуха

0 коммент.:

Отправить комментарий