Никто не знает, на сколько приходят в нашу жизнь любимые и близкие. В один день, в одно мгновение их может больше не оказаться в вашей жизни. Не испытывайте и не теряйте время. Не скупитесь лишний раз обнять, сказать теплое слово, поблагодарить, подарить прямой любящий взгляд, улыбнуться, прикоснуться... и представить, что нет ничего, что препятствует этому. Какой бы ни была их реакция в ответ, не скупитесь на теплые эмоциональные подарки. Принимать тоже не всегда легко. Но будьте щедрыми просто так. Не позволяйте вашим зажатостям, стереотипам, комплексам, хаотичным будням и страхам откалывать от вас живые кусочки счастья, – вам их потом не собрать. Не меняйте на сожаления и воспоминания ПОТОМ благость присутствия любимых и близких в вашей жизни СЕЙЧАС. 

 Автор: © Татьяна Варуха 

Иллюстрация: © Christian Azuh

Разные ситуации бывают в жизни. И также по-разному мы из, казалось бы, схожих ситуаций выходим, реагируем по-разному и делаем порой кардинально разные выводы. Но если мы настроены на жизнь и ее волну, готовы и способны заглядывать за ситуацию, а не только на внешние единичные или разорванные ее проявления, форму или тон, то любая ситуация способна привнести в нашу жизнь новый опыт, новое знание, новый виток новых событий.

Молодой 33-летний парень, Джастин Халперн, четыре года назад вынужден был проживать со своим пожилым отцом Самуэлем Халперн в Сан-Диего (Калифорния), чтобы сэкономить немного денег. Взаимоотношения родителей и взрослых детей при совместном проживании всегда непростые, так как в сущности, это взаимоотношения разных поколений и культурологических систем, а порой и целых эпох по своему наполнению. Но если всмотреться глубже в природу конфликта, - это лишь разность восприятия поколений.

(притча)
В одно селение пришел и остался жить долго странствующий, старый и мудрый человек. Вскоре стало заметно, что он очень любит детей и был готов долгие часы проводить с ними вместе. Дети быстро привязались к нему. Он знал много увлекательных историй и они слушали о его странствиях, затаив дыхание. Жители быстро полюбили этого доброго человека и очень ценили его любовь к их детям. Еще он делал удивительные вещицы своими руками и много разных игрушек для деток. И очень любил им их дарить. Но эти подарки с каждым разом становились все более хрупкими, и как ни старались детки быть аккуратными с ними, их новые игрушки часто ломались. Дети расстраивались, и потом горько плакали, так как игрушки им очень нравились. Но проходило какое-то время, и их любимый друг снова дарил им игрушки, но они казались только еще более хрупкие.

- Сын? Дочь?

Мария обернулась.
- Что, простите?

- Я спрашиваю, высматриваете кого?

Она с нескрываемым любопытством рассматривала жилистое, сухопарое, загорелое тело своего собеседника в старой инвалидной коляске со странными "авторскими" приспособлениями, невольно пытаясь определить его возраст и причину пребывания в этом "пансионате".

- Сын. - Не расположенная к беседе, сухо ответила она.

- Оторванный ломоть, - произнес со вздохом мужчина в коляске.

- Простите? - не сразу поняла ход его мыслей Мария.

- Я говорю, сын - как оторванный ломоть. В народе так говорят. Растишь, ночей не спишь, душу вкладываешь, а он вырастает и из гнездышка упархивает...

Просторный зал ожидания, залитый ярким светом огромных ламп, с огромными окнами, за которыми кипит, бурлит и мельтешит суетливо то, что мы привыкли называть жизнью. Очередь медленно двигалась. Здесь почти никто никуда не спешит. Но по обыкновению очередей по ту сторону прозрачного стеклопакета, и здесь устало вздыхают и пытаются вступать в диалоги, с целью скоротать немного вялый бег часов ожидания...

Каждый, кто достигает долгожданного парапетика у окошка, заполненный надеждой, ожидает особенного варианта для себя, особенного подхода. Но правила строги и одинаковы для всех.

Моя жизнь была яркой и насыщенной. В ней всегда было интересно и не скучно. В самом её захватывающем процессе, в теплых и дорогих воспоминаниях, в вечно приключавшихся историях, и в красочных рассказах о них, в которых ты уже на всё можешь смотреть с долей иронии и маленьких открытий.

Моя жизнь - тот редкий случай, когда её содержание можно вместить в одно простое слово - "Счастливчик". Это я.

Мне довелось родиться несколько раз и каждый раз оно стоило того...

Рождение.

Так получилось, что я хорошо помню момент своего рождения, и невероятно удушающую, сковывающую и давящую со всех сторон тесноту. Когда всё твое тело принимает форму единственно возможного выхода в нежеланное, неизбежное. На самом деле, пресловутый выраженный дискомфорт плода начинается уже незадолго до родов, когда будучи одним целым с мамой, ты воспринимаешь весь её подготовительный процесс как изгнание себя из рая, из зоны волшебного комфорта.

Спустя несколько лет после того, как я покинула родительский дом, что-то пережив, что-то передумав, после всех перипетий и поисков, мира и конфликтов, побед и тщетных усилий, вопросов и ответов, после всех эпохальных разностей, я в один прекрасный момент пришла к удивительно простому решению вечной проблемы "отцов и детей". Не важно, сколь несовершенным было наше детство, сколь несовершенны были наши взаимоотношения с родителями когда-либо, сколь неосуществимы были наши и их ожидания друг от друга...

Все, что им нужно от нас - это наша любовь...
И это то единственное, что будет нужно нам в нашей старости от наших детей.