А люди уходят... К другим людям, к себе, насовсем, от нас, навсегда. Уходят, оставляя в нас открытые окна, незапертые двери, затоптанные тропы, колючие воспоминания, и нас самих себе самим... Мы остаёмся... Мы остаёмся без них, продуваемые чужими ветрами, уязвимые и потерянные, вязкие и удушливые в своём бессилии. Мы...

Мы – это каждый, кто в нас жил, к кому мы стремились, в ком утопали, кого ненавидели и заполняли собой. И каждый... каждый, кто когда-либо уходил раньше нас, забирал наши книги, оставляя нам вырванные страницы, наши песни, – без нот и мелодий, наши сотни не прожитых жизней, не сказанных слов, не отданных чувств и преданных нас. Наши постели и души смяты, наши звёзды и глаза потухли, наши руки и сердце сжаты в кулак, наши мысли в узлах, а в нервных волокнах пульсирует страх. Мы – аквариумные рыбки своих обид и вселенского негодования.

Мы такие огромные и такие маленькие. Мы вмещаем в себя людей, мечты, чьи-то миры и ожидания, чужие жизни и подвижные, переменчивые реальности. Но когда кто-то уходит, мы сворачиваемся в точку, в маленькое тесное пространство, в которое больше ничего не помещается, даже пустота...

Автор: © Tanja Warucha (из неопубликованного)
Фото: © Rachmat Lianda

Знаете, я не стала жёстче в тех местах, куда меня били. Я не стала крепче там, где меня ломали. И то, что меня не убило, не сделало меня сильней. Пограничная гиперчувствительность моего естества не сильно подверглась хоть сколь значимым изменениям за последние четыре десятка лет. Просто в силу закона самосохранения и заданной способности к анализу и ретроспективе я научилась, – и не всегда искусно мастерски, признаться, – управлять некоторыми характеристиками своей "выраженной индивидуальности". 

Подавляющее большинство каменных постулатов психологии и прочих "внутренних" наук не прижились и не стали рабочими инструментами моей жизненной манифестации, несмотря на всю предлагаемую красоту, практичность и убедительность. Мне всё равно больно, когда бьют, я падаю, когда сильно толкают, я плачу, когда не могу терпеть, я кричу, когда рвутся мои душевные ткани, как старое ветхое одеяльце. Я такая же живая, как в первый день, когда я впервые оказалась один на один с новой жизнью в прохладной комнате с голубой плиткой и огромной лампой, перевернутая вверх ногами, получив свою первую оплеуху по голой попе.

Какое жесткое, испытывающее время, сумасшедшее, безапелляционное. Кто мы? Каждый из нас? Когда вы... каждый из нас (каждый! включая тебя, Вас, меня)... последний раз задумывались о том, насколько существенную, весомую, равную долю участия мы принимаем в формировании этого мира, внутри которого хотим пребывать и внутри которого пребываем сейчас, в котором хотим растворяться своей жизнью, и в котором для нас так важно, необходимо жить?

Когда вы задумывались серьезно над тем, куда девается каждая наша злая, недобрая мысль, злорадный выпад, раздражение, неприятие, агрессия, враждебность, холостая, смазанная ненависть, менторское поучительство кому и кем нужно быть, кому и как нужно жить?

А куда девается наше доброе участие, искренность, сопереживание, понимание, теплота, сердечность, элементарное уважение близких, нежное слово, поддержка и молитва?

Я вам отвечу, и то и другое - НИКУДА. Все остается в воздухе, которым, мы дышим, в мире, в котором живем, в тени, которую отбрасываем, в молоке, которым вскармливаем наших детей, в сердце, которое неустанно перераспределяет кровь по всей системе, отравленную, чистую, красную, голубую, родовую, мировую, земную...

- Крепись, нужно быть сильной! 

- Кому нужно?

- Тебе.

- Мне? Мне - не нужно. Мне больно. Я не хочу быть сильной. От этого мне только больней... Когда так больно, где мне крепиться? К чему? Чем? Как? Почему в такие трудные моменты все рекомендуют невозможное и никакой инструкции к использованию? Почему все так любят советовать невозможное, когда нужно совсем другое? Как будто защищают себя в этот момент, отгораживаются…. Эта фраза, ненавижу её, и лицемерие, которое прячется за ней в каждом произносящем. Никто не сильный, никто не слабый. Плачь, если хочешь, вой, если больно. Кому нужна твоя сила, которой ты подавишь всё живое, рвущееся из тебя наружу во твоё же спасение?! Потому что разорвёт изнутри, если ты будешь тем "сильным", каким должен или каким кто-то хочет, чтобы ты был. Потому что... Потому что никто на самом деле не знает, что тебе посоветовать. Да лучше ничего, чем все эти идиотские "Крепись!", "Будь сильной!" "Держись!" и прочая добивающая ересь!

- Даш, ну, успокойся, ну пожалуйста, не накручивай ты себя ещё больше!

- Вот! Видишь? "Успокойся!" Ты кому сейчас помогаешь? Мне? Нет. Себе! Тебе не комфортно со мной такой, а мне не комфортно в этой боли! Мне не помогает, понимаешь?! Тебе хоть раз помогли эти жуткие противоестественные советы?

- Даш...

- Помогли?

- Ну... Не очень... 

- И мне не помогает!

- Я очень хочу тебе помочь, но не знаю, как. Понимаешь? Ну как мне тебе помочь?!

- Я не знаю...

У каждого человека есть свой порог боли. Не важно, какой редут сдан последним, - незначительное колкое слово, маленькое глупое действие, очередное постоянно повторяющееся, и каждый раз болезненное, действие, или сильное потрясение, вторжение непреодолимой силы обстоятельств. Но, заступив за сокровенную черту, твоя вселенная оказывается раздробленной на мелкие обезжизненные крупицы некогда целостного пульсирующего мира, в котором все имело картинку, цветовую палитру, тона и оттенки, движение и пунктуацию, сложно-подчиненное восприятие и простые милые мелочи...

Но если хоть одна крупица вселенной уцелела, - вы живы. Не оглядывайтесь, действуйте искренне, живите смелее, говорите открыто, не копите боль, - будет тяжело нести, любите всем сердцем. Это не последний порог и не первый. Живите. 

Автор: © Татьяна Варуха

Мысли вслух

Иллюстрация: © Leunig, Shaun Tan

Сегодня – мой день Благодарения. Он не единственный в моей жизни, но этот – значимый. Ровно год назад, в этот день, в это время, с невероятным смирением и столь же невероятной болью во всём теле я покидала этот мир. В просторной, холодной, одиночной палате реанимации решалось Великое священнодействие о расторжении или продлении моего Контракта.

Когда боль проникает во все твои молекулы и атомы, в тебе больше нет никакой борьбы, о которой так много пишут и говорят. Есть инстинкт, да, но лишь в той плоскости, в которой сознание в этом больше не участвует. Это тот предел боли, за которым ты – покорнейшее из существ в ожидании Великого Решения. Потому что только после него что-то действительно изменится. И это прописано, как встроенная опция, встроенное знание, неопровержимое доказательство жизни.

Никаких картинок прошлых сценариев, цельных воспоминаний, высоких мыслей, сожалений, ничего из описываемых о таких моментах переживаний. Это скорее, – безжалостная, туго смотанная тишина.

Мне никогда и никак не помогали обвинения кого-либо в чем-либо, - это бессмысленное занятие. Происходящее сейчас - театр абсурда, лжи и искусных манипуляций. Аукцион продажи душ. И люди, как в большом котле... Что касается власти, то мое личное мнение, человека, жившего и в России и в Украине, - ни украинской, ни российской власти одинаково нет дела до благосостояния людей, прав и свобод человека. 

Что до происходящего в моем городе, могу сказать лишь то, свидетелем чего являюсь сама. Столько россиян мужского пола, без эмоций на лице, не в сезон, без жен и семей, я не помню у нас. Мы их с зимы тут наблюдаем. Никаких "пророссийских" настроений, тем более "федерализационных" идей, до навязчивого "заботливого" появления российских "миротворцев" здесь не было. Мы не были "украми и бандеровцами", и у нас не было "фашистов и неонацистов", над нашим президентом смеялись, и ни для кого его воровство и коррумпированность системы не были аховыми. Все понимающе-сочувственно кивали. И еще каких-то несколько месяцев назад даже близко не было такой зашкаливающей обоюдной агрессии и неприятия двух народов и последователей разных политических сил. Откуда? 

Теперь вдруг вся Украина кишит "правым сектором", "бандеровцами", "фашистами" и "неонацистами". За несколько месяцев здесь развернулась настоящая, плохо завуалированная война. Раньше Украину никто особо не спасал и не защищал, и никого ее проблемы особо не волновали, о нас слагали анекдоты и присказки. И вдруг за нас развернулась жесточайшая борьба. За нас ли? Это Одесса. Я знаю этот город, как линии на своих ладонях. Здесь люди всегда были толерантны к разным веяниям и течениям, здесь свой ритм, колорит, своя атмосфера. Но даже гнилой одессит не будет разрушать свой город. А в таком количестве их тут, тем более, не собрать. Это совершенно неагрессивный город. До чего нужно довести людей, чтобы они поняли, что единственно понятный язык - сила и гнев? 

Кому это выгодно, меня не так заботит, как люди, которые оказались добровольно или по слабости душевной включенными в этот абсурд. Мне больно. И за "правых", и за "неправых". Насилие, злоба, гнев - разлагают людей. Это охватило всех, по обе стороны искусственно созданных баррикад, как зараза... Здравый смысл - самый непопулярный продукт ныне. И если ты не хочешь участвовать в этой агонии, ты... в каждом "лагере" свое определение... 

От российских новостей стынут ладони, от жестко одновекторной, безальтернативной пропаганды, от неприкрытой, нагой, заточенной лжи. И украинские СМИ оправдывать не буду. Сейчас никто не заинтересован в том, чтобы позволить людям мыслить шире, жить в любви, добре, быть и оставаться людьми. Иначе, кто будет воевать, кто будет реализовывать заносчивые амбиции по сути небольших горсток людей, которые суть ничто и никто без согласия "преданной", "запуганной" и качественно обозленной толпы? 

Так, кто виноват, как не мы сами, люди, охотно в это вовлекаемые, это допускающие, оправдывающие и питающие?... Мне больно. Что человеческая жизнь в наших странах - ничто. Это зловещая "норма". Даже внутри семьи, люди "воюют" друг с другом, с внешними "врагами", вечно кого-то в чем-то обвиняют, но не меняют и малого в самих себе. Найти врага усладно. К чему начинать элементарно с себя, например, со своей жизни? Разве расплодили бы мы, люди, такое количество паразитов? 

"Враг" нужен только тем, кому есть, что прикрывать в себе, в своей жизни. Когда же государство хочет что-то прикрыть, оно забрасывает "резонансную" кость, все остальное - люди делают уже сами, раздирая в клочья друг друга, мало думая о том, это ли действительно важно сейчас на государственном уровне или в их собственной жизни? Насколько это важнее действительно закоренелых уже проблем социальной незащищенности людей, культуры, проблем в сфере медицины, образования, юриспруденции, гипертрофированной коррупции во всех слоях государственной структуры? 

В России и Украине проблемы различаются лишь своим масштабом. Присоединить территории и присоединить людей - не одно и то же. Для второго - не требуется никаких интервенций. Стереотипное мышление, что кто-то придет и решит наши проблемы за нас, проблемы, которые мы сами создали - уже проело клетки, породив ужасающих размеров безответственность в собственной жизни человека, потребительское отношение к жизни, к нивелированию истинных ценностей, простых, не людьми писанных, истин. 

Человечество всю свою эволюцию воюет. Стал от этого мир прекрасней или люди счастливей? Я слушаю и вижу разные точки зрения. Разные - для людей, их отражающих. Их цели общие, наши цели общие. Всем людям нужно одно и то же, и в словах каждого я испытываю их острый дефицит одних и тех чувств, одних и тех же потребностей. Все хотят нормальной, благоустроенной жизни, хотят быть услышанными, честных правителей, хотят любить и успевать в этой гонке жить, растить хороших, любящих детей, которые не отвернуться от них в старости. Они используют разную терминологию, но все они говорят об одном и том же. 

Они испытывают одни и те же эмоции, но выбирают разных предводителей. Им всем нужен стабильный доход и самореализация, но они привыкли к разрухе, в умах, в городах, в стране и бояться созидать. И в итоге, они снова идут... воевать. 

За то, чего никогда не получат, потому что никто никому не может дать всех благ. Каждый строит свою жизнь. И никто не придет и не построит нам нашу жизнь за нас. Одни цели - и столько вражды и злобы к друг другу. Сейчас теплым и здравомыслящим людям радуешься, как солнышку осенью. И слава Богу, они есть... 

Вот так мы сейчас живем. Неважно уже даже, чем в итоге закончится этот навязанный нам бесцеремонно сценарий, вкус праведной злобы долго еще будет разъедать сердца людей, которым они преданно будут отравлять сердца детей. И это горько. А за окном 21-й век... 

Мне больно. Когда я думаю о том, сколько добрых, нужных дел можно было бы сотворить, скольким людям помочь за эти деньги, которыми проплачивают этот кордебалет. Что касается лично меня, - для меня нет никаких градаций, делений и "членений", на национальность, вероисповедание, взгляды, пол, политические и прочие предпочтения, нет "правых" и "не правых". Все, что истинно имеет значение - это выбор оставаться Человеком в любой ситуации или нет. Нельзя всех людей планеты Земля подогнать или вместить в один удобный шаблон. Люди всегда были и будут разными. И никто ни на кого не должен быть похожим, кому-то или чему-то соответствовать. Все, чему действительно должен научиться Человек - это любить. Либо человек светит, либо - загораживает свет.

Автор: © Татьяна Варуха

Фото коллажи Одессы составлены из авторских работ: © Khrystyna Ialova Photographer

Иногда в нашу жизнь врываются события, к которым мы оказываемся не готовы, они ломают нам хребет, бросают нас на колени, вышвыривают нас в самый вихрь разбушевавшегося, неуправляемой силы урагана, обесточивают наши ресурсы, выжигают наше естество и рушат все наши ориентиры. Но однажды наступает тот день, когда ты ясно осознаешь, что есть кое-что, что ты можешь сделать даже на коленях, разбитый и обессиленный, – ты собираешь в кулак всю свою волю и вскоре понимаешь, что в твою жизнь пришел НОВЫЙ день. И что бы не происходило, ты точно знаешь, что теперь - ты справишься.

Автор: © Татьяна Варуха

Страдать - тяжело, мучительно, больно. Даже тем, кому страдать нравится. Все хотят чувствовать себя в полной безопасности, в прочной броне, не досягаемыми для ударов извне. Но чем прочнее броня, чем выше и надежней стены, чем больше и упорней мы отгораживаемся от внешних потрясений, тем больше наша жизнь напоминает добровольное заточение в своей безопасной тюрьме от нее самой, от всего, чем наполнена жизнь, от всего самого лучшего, яркого, значимого, неоценимого и невозможного порой без опыта и боли.

Автор: © Татьяна Варуха 

Мысли вслух