26 сентября 2012 г.

Пауза

Внезапно она поймала себя на мысли, что вот уже несколько минут она ни о чём не думала, ничего не чувствовала, ничего не хотела и её ничего не трогало. Ни доносящийся какофонический оркестр из открытых окон соседних машин, в каждой из которой имелся, как минимум, кондиционер, если не двухзонный климат-контроль. Её не трогала заполняющая все её естество боль - незваная наглая гостья последних месяцев, не трогало гнетущее, но надежно, туго стиснутое отчаяние и чувство глухого тупика.

Время вступило в фазу "ноль", воздух стал разряженным и плотным...Её жизнь звенела натянутой струной, в бешеном ритме, будто вся конструкция её жизни и всего, что могло поместиться в это понятие для неё, зависело от этого перманентного, чётко выверенного движения. И вот теперь, впервые за свою жизнь, она испытала совершенно неведомое, непонятное, но смутно знакомое её телу и сознанию, чувство странной невесомости и сжатой пустоты. Все это беспрепятственно теперь существовало глубоко внутри, вопреки видимому равновесию и благополучию.
Веки стали такими тяжёлыми, что захотелось закрыть глаза и не шевелиться...
"Паркетная" пробка - явление неизлечимо обыденное последние несколько лет для её города, уже не вмещающего на своих дорогах такое количество транспортных средств. Длинный красный сигнал светофора на перекрёстке с автострадой мой парализовать твои планы на часы. За это время накапливалось такое количество машин, что многие просто чурались соблюдать правила движения. И, в итоге, движение блокировалось не столько светофором, сколько самими участниками движения. И это повторялось с немыслимым постоянством.

Город, столь любимый ею всю её осознанную жизнь и столь чужой и тяготящий её последние годы. В их семье тоже было два автомобиля и уютный дом за городом, куда они переехали пять лет назад.

Так было не всегда, но сегодня всё, чего она хотела от жизни и считала необходимым для счастья, или для счастья в понимании некого обезличенного общества, у неё было. А вместе с этим, как неотъемлемая составляющая обладания, - зависть, заискивание, сплетни и ханжество.

В больном и обделенном обществе нет уважения, как формы взаимодействия людей друг с другом. Доминирующая точка бифуркации взаимоотношений людей в таком обществе – это претензия. Ко всем, всему, всегда. Это одна из причин, почему, даже если ты достиг многого сам, своей головой, постоянным трудом, вечным вызовом, диким режимом и устремлением, - ты будешь неминуемо отторгнут.

Все хотят жить в достатке, но никто не готов принимать достаток другого человека.

Если ты со всеми своими необыкновенными талантами, обучаемостью и желанием не словил свою волну, не дерзнул, не нашел нужного человека, не уцепился за краешек вечно перемещающегося в проекции времени шанса, не заскочил в свой вагон, мчащегося безостановочно поезда удачи, - а однажды он пролетает мимо в жизни каждого из нас, и даже не раз, - ты можешь сколько угодно мечтать, трудиться и устремляться, ты будешь либо в большей массе людей, мыслящих категориями лотереи, быстро озлобляющихся под гнётом нескончаемых проблем и вечно недовольными. Либо - тех немногих, кто вдруг осознает своё предназначение, неважно, маленькое, большое, среднее, - находит свою полянку в густом лесу жизни и наслаждается всем, что попадает в поле его обозрения, видя во всем смысл и связь. Либо - постоянно искать баланс, лавируя между теми и другими, неосознанно стремясь создать свои соты в этом огромном улье.

Проблемы... Как странно устроено мышление человеческое, ему всё время кажется, что кому-то лучше или, - что реже встречается, - кому-то хуже. Но своя жизнь ему не так интересна, как чья-то, видимость которой, как видимость айсберга в океане, ограничена лишь малой поверхностью.

Например, если бы вот этот "жигулёнок", который так и норовит её поджать, уже дважды подрезал, и как понтовый "каенн" не пользуется указателями поворотов, имел представление о проблемах, с которыми он каждый день сталкивался бы, изменись его жизнь сейчас внезапно на ту, которую он матерно поносит в адрес обладателей "бабла", он бы возрадовался своей жизни, как несмышлёный щенок... Да, есть категория людей, соприкосновение с которыми даже ей, при её работе, доставляет отвращение и чувство маркой мерзости.

Философский поток её мыслей внезапно оборвался всплывшей в памяти яркой картинкой. Давно забытый эпизод из её жизни насквозь пронзил все её тело. И в этот момент, в доли секунды пришло осознание того, что тогда вызвало это мятежное недоумение и какое-то смятое, малопонятное чувство жалости...

Она летела на встречу по вопросу текущей сделки. Перелет был коротким, бизнес-класс комфортным и, обложившись бумагами, она в который раз перечитывала документы и передумывала стиль переговоров. Это был стабильный пик её карьеры. Состояние, которому уступал даже мандраж перелетов. Рядом в соседнем кресле сидел в строгом, элегантном костюме, довольно сдержанный, немногословный гражданин, он не осуществлял никаких лишних движений, он был спокоен и не по-славянски выдержан. В какой-то момент он обернулся к ней и спокойно, тихо, но уверенно спросил, не будет ли у неё ручки и листка бумаги. Она быстро ответила: "Да, конечно!" и протянула лист бумаги и корпоративную ручку. Ручку вскоре он вернул. 

Благополучно приземлившись, самолет плавно остановился, и люди начали выстраиваться в салоне для выхода. И тут она обратила внимание, что "сдержанного джентльмена" в салоне уже нет, он вышел первым, и она даже не видела как, хотя он должен был пройти мимо неё и никак иначе.

Непроизвольно она оглянулась по сторонам, озадачившись, как он так исчез. По мало объяснимому по настоящий момент наитию, она сделала движение в сторону его кресла. В поле её зрения попал уголок листка бумаги, который она протянула ему во время полета вместе с ручкой. Она сделала шаг к его креслу. В голове мелькнула мысль, что может быть, он что-то забыл, или забыл этот нужный листик. Но то, что она увидела, на несколько секунд полностью обесточило её тело. Это было очень странное для неё чувство. В её теле что-то произошло, совершенно не понятное ей. Она почувствовала в горле ком, как будто вот-вот готова расплакаться. Ещё меньше было понятно, почему то, что она увидела на листке, вызвало такую реакцию и как вообще такое возможно через её надежную броню...

На листе бумаги красиво, каллиграфическими печатными буквами было написано: "Как важно в жизни уметь делать паузу"

Пронзительный сигнал выбил её из внезапного оцепенения. Сердце заколотилось, как при взятии стометровки с препятствием. Она посмотрела в зеркало заднего вида и увидела перекошенную от ругани физиономию водителя "жигулей", жестикулирующего, пренебрежительно демонстрируя движение ехать, изрыгая примитивную ругань в её адрес. Машины начали активно трогаться и хаотично пытаться выгадать нужную полосу, чтобы снова не застрять на этом вечном перекрестке.

Она положила руку на кожаную головку рычага коробки передач и... замерла, сердце колотилось и в горле возникло знакомое чувство кома. Она почувствовала, что сейчас просто заплачет. Нет, не заплачет. Ей хотелось рыдать, навзрыд, в голос и - кричать, неистово, до хрипоты. Тело застыло. За ним, - масли, чувства, время.

Всё, что она хотела сейчас, прямо в этот момент, это - сделать паузу. Она никогда не могла этого понять, тем более, сделать. Все звуки, движения, мысли, воздух, гулкие удары, как будто кто-то настойчиво рвался изнутри наружу, пульсирующие во всём теле, - всё замедлилось, всё вокруг стало меркнуть и исчезать. Время замерло...

В стекло настойчиво кто-то стучал. Она встрепенулась, - что это было, что происходит, где она и что с ней произошло? Она как будто куда-то улетела, провалилась, умерла, испарилась на... целую вечность.

Она открыла окно.

- Вы в порядке? Вы что, экстрасенс? Как Вы так остановились за минуту? Вы что-то видели? У Вас есть в машине регистратор?

Пока незнакомый, явно взволнованный, мужчина задавал ей вереницу всех этих совершенно непонятных вопросов, она никак не могла прийти в себя и хоть что-то понять, хоть что-то связать воедино. Да что же происходит?!

- Что случилось? - не спросила, а буквально взмолилась она. - Что происходит? - И в этот момент по всему её телу захлестывающей волной прокатился леденящий ужас одновременно от увиденного и от осознания того, что только что слышала, как будто не здесь, со стороны, как где-то отдаленно пронесся мощный удар, гул, ещё удар, раскатистая волна какого-то жестяного противоестественного металлического скрежета... в каком-то пограничном состоянии, как между сном и явью, не различая ни ту, ни другую реальность... 

В нескольких метрах от её машины, чуть правее в сторону перекрестка, её взору предстало невероятное, немыслимых размеров месиво из огромных размеров грузовой машины, лежащей на боку с раскуроченной, почти оторванной кабиной, под которой находился тот самый злобный "жигулёнок", видимо, не дождавшийся её маневра и победно обогнавший её в последний момент, какие-то части чьих-то тел, разбросанные далеко друг от друга, детали ещё каких-то автомобилей.

- Вы в порядке? Вам помощь не требуется? Люди вызвали уже "скорую", - она повернулась на голос и увидела, что всё тот же мужчина стоит возле её машины и пристально рассматривает её через открытое окно, пытаясь удостовериться, что она в адекватном состоянии.

И тут она заметила, что продолжает повторять одно и то же: "Что случилось? Что произошло?"

- Я ехал за Вами слева, в соседнем ряду. Все начали двигаться, а Вы стояли и этот вот "жигуль", - и мужчина указал в сторону того, что осталось от "жигулёнка", - начал сигналить Вам, видно, психанул, и вывернул едва не зацепив мою машину, обогнал Вас, подрезал меня, я затормозил. А через минуту... вот... такое... Вы вдруг резко как-то затормозили, я сначала подумал, Вы его позлить решили, а потом когда я сравнялся с Вами, увидел, что Вы как-то странно голову назад запрокинули, и глаза у Вас закрытые… Вам плохо? Вы... Вы... Сейчас там могли быть, если бы не затормозили так... Как Вы так остановились?... - мужчина сам был в выраженном состоянии заметного шока от всего случившегося и продолжал искать с ней контакт, и то задавал опять вопросы, то повторял уже сказанное.

Вокруг происходило что-то невероятное. Как это произошло, за считанные минуты... секунды? Что произошло? Она могла быть сейчас там... Она смотрела на это месиво, все ещё ничего не понимая и колеблясь между сном и явью.

- Боже... - едва слышно произнесла она, с усилием разжимая пальцы, до онемения впившиеся в руль.

Она закрыла глаза и мгновенно оказалась в салоне того самолета, в том самом месте, возле того самого кресла, где лежал этот лист бумаги, на котором было красиво, каллиграфическими печатными буквами написано: "Как важно в жизни уметь делать паузу"

Автор:  Tatyana Varukha







2 комментария:

  1. Ужасно, но это так реально! Как же важно вовремя останавливаться, слушать себя, свой собственный мир.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Да, Вы правы, Валентина, и именно эту свою природную особенность мы утрачиваем в бурном потоке жизни. Спасибо Вам!

      Удалить

Следующие Предыдущие Главная страница

Выразить поддержку

Выразить поддержку

Если у вас есть возможность поддержать проект и то, что я делаю,
искренне буду благодарна вашей помощи. Вы не обязаны этого делать,
только если можете и чувствуете нужным.
Спасибо!